Политика в мире:Трущобная правда "китайского чуда."

Автор: Александра Симонова, Институт медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка», студия «Прошлое будущего»

Заходя в Выставочный комплекс, посвященный городскому развитию Шанхая (Shanghai Urban Planning Exhibition Center), вы обязательно обратите внимание на огромную модель Шанхая, созданную в 2006 и показывающую развитие мегаполиса к 2020 году. Экскурсовод обязательно расскажет, что это самая большая, самая современная модель города, аналогов которой больше в мире нет.

Смущает одно — на этой геометрически отточенной, ровной и сверкающей модели нет и следа кривых улочек и покосившихся домов трущоб, которые соседствуют как со старой колониальной архитектурой, так и с современными торгово-развлекательными комплексами, изысканными ресторанами и бизнес-центрами, буквально подпирающими небо.

Глобализация вызвала бурный рост города. Небоскребы один за другим вытесняли двух- и трехэтажные здания, построенные в 1920-30 гг. для китайцев, обслуживающих европейских горожан — концессионеров. Данные районы долгое время были вполне пригодны для жизни, но из-за нескольких волн миграции из деревень в город и без того небольшие и тесные дома стали перенаселенными. Сегодня, буквально выживая в городе за чертой бедности, обитатели трущоб не могут позволить себе ничего лучшего.

Для понимания масштаба данного явления можно обратиться к книге Майкла Дэвиса «Планета трущоб» (2006).
В Шанхае, являющемся самым большим и одним из наиболее развитых городов Китая, население трущоб составляет от шести до восьми миллионов при всем населении в двадцать миллионов. И то, что трущобы постепенно сносят, не уменьшает общее количество их жителей. Обитатели разрушенных зданий просто переселяются в другие, еще не снесенные трущобы.

В официальных памфлетах можно найти истории про социальное реформаторство, происходящее в Шанхае. Это сюжеты про семьи, делившие кухню и туалет еще с десятью соседями и получившими гигантские жилые площади — теперь-то они заживут как люди. Кроме того, правительство объявило трущобы непригодными для жизни с точки зрения пожарной безопасности.

Все это правда: людям, живущим ниже среднего уровня, нужна помощь, и пожары остаются реальной опасностью для трущоб.

Однако зачастую снос трущоб обоснован коммерческими целями — застройкой дорогих площадей. Людей направляют в другие города, переполненные переселенцами, в которых нет ни жизни, ни работы для них. Бывшие жители трущоб в таких случаях вынуждены оставаться в Шанхае и жить в еще более невыносимых условиях.

Но что такое шанхайская трущоба?

Заглянем внутрь трущобы, находящейся в самом центре Шанхая, — ее еще иногда называют старым городом из-за почтенного расположения в туристическом районе.

Первое, что бросится в глаза — ваши же слезы, но не от увиденного, а от специфического запаха жареного тофу — излюбленной еды простых китайцев. После широких проспектов и фешенебельных отелей понятно, что здесь живут как будто в другом измерении. Старый город как крепость оградил себя палатками с едой и винтажными магазинами — тем, чем турист должен удовлетвориться и не вступать на священную землю самой трущобы.

Интересно, что внутри домашняя жизнь кипит прямо на узких улочках. Это не улочки средневековой Европы: никаких мощеных мостовых, взлетающих вверх крыш, даже не стоит искать дубовых дверей и намеков на многовековую культуру.

Стены, видавшие все цвета радуги, теперь печально демонстрируют облупившуюся краску. Дощетчатые окна и пристройки с зацепленным на всех выступах тряпьем. Метелки и тряпки, любовно разложенные по углам, чистоты не добавляют.

Жители заняты своими «городскими» делами. Женщины стирают в тазах с мутной водой, старушки вяжут и примеряют наряды на изглоданных молью манекенах.

Можно найти утюжный стол с утюгами моделей середины прошлого века. Торговцы смотрят телевизор и уже даже не приглашают в пыльные лавки, заставленные лежалым товаром. Вообще, местные магазины на еду совсем не богаты.

На прилавках магазинов всего несколько видов еды: это яйца (десятка размеров и способов приготовления), рис (удается насчитать около 20 сортов), приправы и сушеные овощи.

Несмотря на внешнюю скудность, китайский фаст-фуд, надо сказать, очень разнообразен. Прямо на улице или наземном пешеходном переходе (пока ждешь светофор) можно съесть димсамов, лепешек, лапши, пирожков, куриных шашлыков и тефтелей, фруктов в карамели, жареных каштанов и многое-многое другое. Уличная еда преследует тебя на трехколёсном велосипеде повсюду.

И все эти уличные торговцы — тоже жители трущоб, работающие на подобных низовых профессиях.

И правда, основная масса населения трущобы львиную долю времени проводит на работе. Днем на улочках трущоб встречаются в основном пожилые люди и дети.

Кстати, для детей в трущобах есть свой детский сад — это аккуратно отремонтированное здание и дворик, обложенный зеленым ковролином с игровой площадкой посередине.

Тем не менее, глобальная тенденция рано или поздно уничтожит все кусочки этого низового быта. Новая застройка охватит их бетонно-стеклянным кольцом.

И вроде бы это правильно. Людям нужен водопровод, отопление, нормальная канализация. Но в новые дома придут уже другие люди.

От китайского Шанхая останутся разбитые портреты жителей, нарисованные художниками-активистами на стенах домов под снос.

Вообще, в Шанхае не только трущобы противостоят общей тенденции глобализации.

Второй оплот культуры, организованной снизу вверх, а не наоборот — это бывшая европейская территория Британской и Французской концессии. Если прогуляться по этим районам, застроенным во время владения этой территорией мировыми империями, вы заметите множество таун-хаусов, во дворы которых можно зайти.

И что же? Поражает сходство принципа жизни в таких таун-хаусах и так называемых трущобах.

Те же рукомойники с мутной водой и грязные тряпки, развешанные на дверях. Люди, сидящие на улице и занимающиеся своими делами, велосипеды, припаркованные почти у каждой двери, маленькие детские площадки с зеленым ковролином и цветами в горшках.

Но вот магазины и общепиты у них со дворов все же вынесены на улицы, которые тоже по современным шанхайским меркам надо бы сровнять с землей.

Улицы на территории Британской концессии наполнены маленькими продуктовыми магазинами, тесными кафе, творческими мастерскими, магазинами дизайнерской одежды (порой с теми же винтажными манекенами и утюгами) — все это напоминает тот живой город, от которого Шанхай так стремится избавиться в пользу гигантизма, максимализма, унификации и иерархичности — именно так Китай понимает путь сближения с современной западной цивилизацией.

Разумное будущее шанхайских трущоб

Автор: Екатерина Серова, Thomson Reuters, руководитель проекта Urban Data

Каково будущее шанхайских трущоб, уже практически ампутированных из городского пространства, тщательно истребляемых, как раковая опухоль в теле города?

Кажется, что ни о каком будущем вести речи нельзя — правительственные программы реализуются, здания сносятся, жители переселяются.

Однако трущобы — это куда большее, чем просто здания, дворы и улочки. Это целый мир, мир проблемный и сложный. Антисанитария, аварийное состояние жилья, небезопасность (о комфорте речи не идет вообще) для самих жителей трущоб и для других горожан — это болезнь трущоб, которую необходимо лечить, это проблемы для решения. Но только ли ампутация становится для этого верным шагом? И является ли она разумным решением вообще?

Мир трущоб от сноса зданий не исчезает и уж точно не исцеляется. Положение их жителей лишь ухудшается, они становятся беженцами в рамках своего же города.

Трущобы как феномен сохраняются — происходит лишь их передислокация и «социальная компрессия».

Горожане не улучшают условий жизни и не меняют ее образа — они просто не знают иной жизни, они не умеют по-другому. Научиться они смогут, лишь оказавшись в лучших условиях, лишь с поддержкой города — но не с давлением с его стороны.

«Разумные» действия со стороны городских властей оказываются по своей сути бесполезными и не очень-то разумными. Умный город — это «разум» во всех сферах его жизни: это не только умный транспорт и инфраструктура, это не только умные решения со стороны правительства, умная экономика, оказывающаяся ограниченным миром, в который попадают лишь немногие.

Умный город — это умные люди. Это не несколько человек, гордо величающих себя «креативным классом» (Р. Флорида), это даже не умение каждого пользоваться компьютером или электронной зубной щеткой.

Умный город — это скорее обеспечение какого-то минимального уровня жизни для всех горожан, это разумный образ жизни, который может позволить себе практически каждый, а не единицы.

Это намного шире технологий и инфраструктуры. Это целая философия, целый мир. И этот мир в настоящее время кардинально отличается от того, что мы видим в городских трущобах, сносят их или нет.

Нет районов трущоб — нет проблем? А вот и нет.

Проблемы сохраняются, а еще постепенно разрушается важная часть социокультурный капитала. «Культура и социальный капитал трущоб» — это звучит достаточно странно, но не более нелепо, чем, к примеру «культура и социальный капитал микрорайонов» — как раз-таки по самобытности, традициям, тесноте связей трущобы в этом соревновании определенно выигрывают.

Разнообразие города, социокультурное, архитектурное, природное — крайне важный аспект городской жизни и как раз то, что ищет тот самый «креативный класс», за который всеми силами и даже самыми радикальными решениями (отчасти и тем же сносом трущоб) борются города.

Точно ли этому «креативному классу» не понравятся трущобы? Точно ли лучше ему будет увидеть на месте аутентичных кварталов пару стеклянных высоток или очередной ЖК?

А точно ли жители трущоб считают свой мир неподходящим для жизни? Точно ли в этом мире отсутствует своеобразная культура, традиции, смыслы и ценности? Точно ли они ничего не стоят — или хотя бы значат достаточно мало, чтобы можно было ими пожертвовать для максимально легкого и скорого решения проблем антисанитарии и небезопасности районов трущоб?

Объективные проблемы достойны объективного решения. И затраты на это решение или жертвы, приносимые ради него, должны также оцениваться объективно.

Разумное будущее трущоб предполагает адекватное соотношение затрат и желаемых результатов, а также стремление к сохранению разнообразия в городе и жизни в нем разумных горожан.

Его определенно удастся увидеть хотя бы в некоторых городах мира. Относится ли это к Шанхаю?

Хотелось бы надеяться
Источник публикации: magelanin

Больше интересных и увлекательных статей:

Легко служить идеям и богам, они намного проще, чем живые люди. Хань Сян-цзы. ОТЛИТО В БРОНЗЕ.

Философия жизни от Сян-Цзы• Все люди больше всего хотят узнать, а чего они на самом деле хотят. • Если быть как все, то зачем тогда быть? • Хочешь быть как все - будешь никем.• Если ты думаешь, как все, ты уже ошибаешься. Все думают по-разному. • Если ты думаешь за всех, ты опять ошибаешься. У каждого свои заботы. • Думай по-своему и за себя, но...

Подробнее »

Франция под железной пятой извращенцев

Точнее, гетеросексуалами во Франции пока еще можно оставаться, а вот как-то обозначать свою приверженность нормальным отношениям между мужчиной и женщиной уже нельзя. Отныне в этой европейской стране демонстрация своей принадлежности к традиционным отношениям и к традиционным ценностям считается ... безнравственной и рассматривается, как опасный...

Подробнее »

Мужчина выжил, после того, как его проглотил гиппопотам

Бывший проводник по реке, который выжил после того, как его проглотил гиппопотам, недавно рассказал о своем опыте. Нападение гиппопотама случилось...

Подробнее »

Медведев - никчемный руководитель ? Или он умышленно разрушает промышленность России ?

Счетная палата: правительство не поддерживает отечественного производителя.Преодолевать созданные собой трудности является традиционной русской забавой. Уж сколько раз дорогие соотечественники являли миру примеры таланта и мужества, решая проблемы, которых можно было бы вообще не иметь, если бы заранее все хорошо продумать да не...

Подробнее »

«Главная цель Медведева – нанести стране как можно больше вреда»

Его позиция основана на глубоком презрении к обществу.Среди множества отличий в состоявшихся с разницей в неделю выступлениях Медведева перед Думой и Путина на прямой линии одним из наиболее существенных стало отчетливо прозвучавшее отличие в выборе критериев для оценки деятельности каждого из министров в отдельности и правительства в...

Подробнее »

Плесневый город оказался не менее интересен. Гибель цивилизации

Одна шведка слепила из хлеба город и оставила на кухонном столе. А потом фотографировала естественные изменения.  Его разрушение временем...

Подробнее »


© RulePanel 2018

Все самые интересные события, обзоры новостей и проишествий на одном сайте.