Торжество Кафки: кому власть посылает сигнал приговором Навальному

Андрей Колесников

Дело Навального имеет тот же смысл, что и дело Ходорковского. Это акция устрашения, только уже не для олигархов

«Кто-то, по-видимому, оклеветал Йозефа К., потому что, не сделав ничего дурного, он попал под арест». Так начинается «Процесс» Франца Кафки, произведения для России вполне себе символического. В той же степени, что и другой его роман – «Замок», вполне подходящий для описания отечественной бюрократии, бессодержательной и запутанной.

Алексей Навальный поздравил судью с юбилеем Кафки. 130 лет со дня рождения – неплохой повод для того, чтобы обозначить содержание и процедуру процесса, в ходе которого прокурор запросил 6 лет лишения свободы для главного российского разоблачителя коррупции.

Аксиоматично, что состава преступления в бизнес-поведении Навального нет.

Но это совершенно не имеет никакого значения: судебная система, которая несет на себе несмываемые следы советской уголовной статьи за частнопредпринимательскую деятельность, в стране, наследнице СССР, где распил является основой основ чекистской экономики, вполне всерьез может усмотреть в действиях подсудимого признаки преступления. Это же симптоматично, что именно в России родилась поговорка, которую включил в свой толковый словарь Владимир Даль: «Закон дышло, куда хочешь, туда и воротишь (туда и вышло)». О прокурорской логике после ряда резонансных процессов в России вообще говорить как-то неловко. Принцип соразмерности наказания содеянному нарушается просто почти в каждом значимом процессе, а прокуроры, которые в соответствии духом и буквой закона способны были отказаться от обвинения, в нашей стране перевелись. А такие еще обнаруживались даже в советские времена: достаточно вспомнить знаменитого адвоката Бориса Андреевича Золотухина, который начинал работу прокурором.

Но есть, конечно, более очевидная подкладка происходящего – политическая. Судебное решение – безукоризненный способ вывести из легальной политики перспективного персонажа. Так что Сергей Собянин может хоть сам агитировать за Алексея Навального – этот акт добродушной снисходительности совершенно безопасен для выборов. Признать одного из лидеров оппозиции уголовным преступником по приговору суда – значит, увести его деятельность целиком и полностью из того поля, где возможна официальная политическая конкуренция.

И вывести протестное движение как таковое из легального пространства.

Не маргинализировав его, а превратив, в том числе и с помощью сверхнового репрессивного законодательства (законы о митингах, НКО, оскорблении чувств верующих и т.д.), в главную разновидность антигосударственной деятельности.

Обвинительный приговор Навальному сам по себе был бы совсем уж скверным сигналом. А если он получит реальный срок, пусть и не абсурдные с точки зрения права 6 лет, то уж тем более. Для более искушенной части публики сигнальной ракетой об окончательной заморозке режима стала эмиграция экономиста Сергея Гуриева. Для более широких слоев трудящихся – судебное решение по делу Алексея Навального, которого Гуриев открыто поддерживал финансово и интеллектуально.

Дело Навального имеет и вполне внятный дидактический смысл. По природе своей – такой же, как и дело Ходорковского. Это акция устрашения: будете вести себя неправильно – сантиментов не будет. Уроем. А какие вопросы? Суд у нас независимый. Границы единственной в мире суверенной демократии открыты: не нравится – уезжайте. Классическая дихотомия советских времен: посадка или эмиграция. И до этого состояния режим дошел стремительно – хватило года после инаугурации Владимира Путина, чтобы новый политический режим начал давать обильные плоды в виде человеческого материала для отъезда и тюрьмы. Причем материала высочайшего качества, чрезвычайно полезного для страны. Отрицательная селекция тоже была свойством советской системы…

Эрозия политического режима происходит во всех сферах одновременно.

Хотя вначале была политическая деградация – бесчестность выборов и резкое ухудшение качества элиты. Экономическая система, последовательно огосударствляемая в интересах группы товарищей, скованных одной цепью эклектичной националистическо-чекистской идеологии, становится все менее эффективной. Судебная система подстраивается под макропроцессы в политике и экономике – суд становится похожим на советский в худших его проявлениях и рассматривает рыночное поведение во все менее рыночной экономике как преступление. На выходе получается картинка из того же Кафки, только из «Замка»: «Эта Деревня принадлежит Замку, и тот, кто здесь живет или ночует, фактически живет и ночует в Замке. А без разрешения графа это никому не дозволяется».

Система, демонстрируя на манер навощенного мазями бодибилдера свою силу, на самом деле проявляет слабость. Жестокость – удел слабых. То есть боящихся. Они боятся Ходорковского, Гуриева, Навального, боятся гражданского общества, гражданской активности. Гораздо более мощная конструкция – советская – от такого страха развалилась. Правда, продержалась довольно долго. Но сейчас историческое время спрессовалось и течет гораздо быстрее.



Адрес публикации: http://www.forbes.ru/mneniya-column/protesty/241736-torzhestvo-kafki-komu-vlast-posylaet-signal-prigovorom-navalnomu
Источник публикации: magelanin

Больше интересных и увлекательных статей:

История об одной претензии предпринимателя банку.

История об одной претензии предпринимателя банку.Оказывается, что нигде в наших российских законах не прописано, что документы должны составляться только на бумаге, а не на каких-либо других материалах. По этому поводу история о том, как один предприниматель из одного российского города выставил претензию одному банку. Когда предприниматель...

Подробнее »

Почему в России так дорого стоит строительство дороги?

Привет, полуночники! Сегодня последняя часть нашего разговора с Юрием Кокушем из Асфалайта. Сегодня будет вся правда о том, почему же так дорого строит строительство дорог в России!Почему в России так дорого стоит строительство дороги?Защищает ли краска бордюрный камень?Большое спасибо студии «Наизнанку» за то что сняли и смонтировали все эти...

Подробнее »

В Алушту привезли памятник Хрущеву, подарившему Украине полуостров

Установят его в зеленой зоне одного из санаториев Большой Алушты. Изваяние отлили под Киевом. Но уже побаиваются националистов, которые могут...

Подробнее »